Священномученик Иоанн (Покровский) и мученица Анна (Корнеева)

Священномученик Иоанн (Покровский) и мученица Анна (Корнеева)

Священномученник Иоанн родился в 1874 г. в семье священника Николаевской церкви села Аксиньино Коломенского уезда Московской губернии Симеона Иоанновича Покровского. Кроме него в семье были еще дети, известно, например, об Анастасии. С юных лет молодой Иван идет по духовной стези. Сначала обучался в Духовном училище, затем в Московской Духовной Семинарии. После завершения учебы женился, а в 1897 г. стал на путь священнического служения. За время семейной жизни в семействе Покровских родилось двое сыновей: Сергей (1898 г.) и Василий (1899 г.). В начале века отца Иоанна постигла тяжелая утрата, умерла его супруга, и он остался один с двумя малышами. В мае 1916 г. священник Иоанн Покровский был назначен настоятелем Покровской церкви села Чиркино Коломенского уезда, которая находилась в нескольких верстах от села Аксиньино, где служил его отец. Приход Покровской церкви объединял в себя несколько сёл: Чиркино, Щербинки (с 1920-х Щербинино), Орехово и Ивантеево. По штату, кроме священника полагался только псаломщик. До событий 1917 г. хозяйство священника было крепким и зажиточным. У него был дом 10х10, лошадь, корова, мелкий скот и 33 десятины земли. Но в результате налоговой политики новой власти отец Иоанн постепенно обнищал, в 1929 г. у него был дом и корова, а к 1937 г. уже не было никакого имущества.

Епархиальное начальство высоко ценило отца Иоанна за деятельность и духовный опыт. В 1937 г. он был возведен в сан протоиерея и назначен благочинным Малинского района. В это тяжёлое для Церкви время, когда повсеместно арестовывались священнослужители и закрывались храмы, занимать должность благочинного – значит, быть под пристальным вниманием органов НКВД. Благочинному, по должности положено посещать подведомственные храмы, решать всевозможные проблемы, особенно относительно налогов и госпоставок. Но со стороны властей эта деятельность расценивалась как контрреволюционная и антисоветская, а всякое общение священнослужителей между собой понималось как заговор против советского государства. Всё это протоиерей Иоанн прекрасно понимал, и воспринял назначение на должность благочинного с сыновним послушанием, хотя, по всей видимости, мог и отказаться.

В январе 1938 года в Малинском отделе УНКВД на протоиерея Иоанна Покровского было заведено уголовное дело. 18 января чекисты допросили первых свидетелей, способных дать показания на священника. Один из свидетелей с особым рвением обвинял отца Иоанна в агитации против советской власти. Так, на вопрос следователя: «Вы в разговоре говорили, что Покровский и церковники среди населения ведут антисоветскую агитацию. Приведите конкретные факты его антисоветской деятельности», лжесвидетель отвечал: «Конкретные факты его антисоветской деятельности будут следующие: примерно в июле месяце 1937 года в разговоре Покровский по вопросу Постановления Правительства о льготах колхозам последний говорил «Боятся, чтобы народ не выступил против большевистской заразы, вот они и давай убаюкивать Постановлением, но уж сколько, не постанавливай все равно крестьянин ненавидит эту власть, она ведь довела его до нищенства и разорения, скоро доведёт и до голодной смерти». 25 декабря 1937 я повстречал его около деревни Чиркино, и в разговоре по вопросу выборов в Верховный Совет Покровский говорил: «Ну выбрали коммунистов, пусть снова будут грабить крестьян, раньше отдаст крестьянин два рубля и всё, а эта ненавистная власть довела до нищенства население, и если всё крестьянство не восстанет против власти, она их уморит голодом». Я ему говорил, что крестьянин против советской власти не пойдёт, на это он мне сказал: «Это ты не знаешь, ты посмотри, ко мне идут за 40-60 километров, и кого не спросишь, все недовольны этой властью, а наступит война, тогда увидишь: большевикам один день жизни, после будут лежать как собаки». К Покровскому ходят со всех концов бродячие церковники, не только Малинского, но и Коломенского и других районов, в результате в колхозе недавно были украдены две лошади из конюшни, в государственном лесу было похищено тёсу на 500 рублей, я видел этот тёс, он спрятан под церковью, я спрашивал церковную старосту, которая не призналась».

Другим свидетелем был местный учитель, его особенно раздражало, что школа находилась в непосредственной близости от Покровской церкви, и дети часто заходили в храм, и вели беседы с отцом Иоанном. По этому поводу он доносит следующие: «В сентябре 1937 года около школы, среди детей, Покровский, не подозревая себя в пропаганде религиозного убеждения, говорил: «Молитесь Богу, и тогда уроки у вас будут усваиваться хорошо, не будьте поклонниками сатаны». Разговоры Покровского среди детей, я замечаю, часты, это видно из того, что дети во время перемены в религиозные праздники ходят в церковь, и ставят свечи. Школа находится в десяти метрах от двери церкви, даже в летнее время, когда поют в церкви, слышно в школе, сейчас церковь угрожает школе тем, что хотят из дома, где помещается школа выгнать, т.к. этот дом принадлежит церкви, эту работу среди населения Покровский уже проводит. И второе то, что кумпол (купол-авт.) треснул, и немного покачнулся на школу, весной может завалиться».

Также одним из обвинений отца Иоанна было то, что он, якобы, критиковал Сталинскую конституцию. Один из лжесвидетелей поведал «органам», что священник говорил следующие: «Конституция только написана хорошо, а если в ней разобраться, то это сущий обман православных христиан, пишут свобода, а на деле каторга, молиться Богу не дают, и колокола сняли, религию преследуют, эту власть крестьянин так ненавидит, что в будущей войне все пойдут против власти, раньше при царе было лучше и богаче, а сейчас только пишут, а всех довели до нищеты».

Собрав необходимые показания для ареста, сотрудник НКВД сержант Овчаров составляет справку на арест Покровского И.С., где пишет, что Покровский «будучи недоволен существующим строем в нашей стране, среди населения систематически ведёт антисоветскую агитацию, и особенно обнаглел после опубликования Конституции и Положения о выборах в Верховный Совет СССР, гнусно клевещет против советского правительства и руководителей ВКП(б), а также против колхозного строительства. Его дом в Чиркино посещают бродячие церковники…, в результате в колхоз занесли заразную болезнь на лошадей и свиней, а также три лошади из конюшни были украдены», далее сержант приводит показания свидетелей. 25 января было выписано Постановление об избрании меры пресечения и предъявления обвинения, где постанавливается Покровского И.С. «привлечь в качестве обвиняемого по статье 58-10 УК, мерой пресечения … избрать содержание под стражей при Каширской тюрьме». 27 января отца Иоанна арестовали. На следующий день состоялся допрос:

- Следствие располагает материалом о том, что Вы среди населения высказывали враждебность к советской власти.

- Я не могу припомнить разговоров, в которых были бы слова, враждебные к советской власти, за исключением слов, обращённых к верующим, чтобы они молились за невинных людей, заточённых в тюрьму советской властью.

- Вы среди верующих говорили, что советская власть притесняет Церковь и служителей культа, при этом гнусно клеветали на советское правительство.

- Я говорил верующим, что по приходу ходить не разрешают, а раньше было свободно. С одной стороны пишут, что религиозные отправления свободны, а с другой стороны - этой свободы мы не видим.

- Привожу Вам выдержки из показаний свидетелей о Вашей контрреволюционной деятельности. Признаёте, что Вы это говорили?

- Я это отрицаю, так как ни с кем, и ни при каких обстоятельствах этого не говорил.

- Вам предъявлено постановление о привлечении Вас в качестве обвиняемого, обстоятельства преступления изложены в подписанном Вами постановлении. Признаёте ли Вы себя виновным?

- Виновным себя в антисоветской деятельности не признаю, т.к. я против советской власти агитации не вёл.

- Следствием установлено, что Вы группировали вокруг себя бродячих церковников и монашек Малинского и других районов. Признаёте это?

- Признаю, что ко мне часто приходили церковники Малинского, Коломенского и других районов.

Из этого протокола допроса видно, что отец Иоанн честно признал, что поклонником советской власти не является, но в агитации против неё виновным себя признать наотрез отказался.

Арестовав настоятеля Покровской церкви, чекисты этим не ограничились. У них появилась необходимость раскрыть целую контрреволюционную группу, под руководством благочинного борющуюся с советской властью. Начались аресты людей, имеющие близкие отношения с отцом Иоанном. 12 февраля была арестована Анна Корнеева, которая прислуживала в Покровском храме. 14 февраля чекисты арестовали церковную старосту Фигурину Наталью Ивановну и члена церковного совета Котову Домну Павловну. 27 февраля был арестован настоятель соседней церкви Рождества Богородицы села Мещерино священник Вениамин Фаминцев и староста этого храма Локоткова Екатерина Георгиевна. Все они представлялись членами выдуманной антисоветской группы, и чекисты взялись за фабрикацию новых уголовных дел. В связи с этим, 16 февраля отца Иоанна вновь вызвали на допрос. На этот раз следователя интересовало, с кем благочинный общался, и какие при этом вёл разговоры.

- Кто состоял членом церковного совета Чиркинской церкви?

- Членами церковного совета состояли: Фигурина Наталья Ивановна, Котова Домна Павловна, Виденский (Введенский-авт.) Василий Николаевич, который является дьяконом, Борисов Иван Иванович, который в данное время выслан органами НКВД за агитацию против советской власти.

- Какую Вы имели связь с церковниками Фигуриной, Котовой и другими?

- Действительно, связь я имел по совместной службе, имелись случаи, я посещал их квартиру, а также они посещали мою квартиру в селе Чиркино.

- Кто ещё посещал Вашу квартиру, кроме перечисленных?

- Мою квартиру посещали кроме наших церковников, жена священника села Бортниково Орлова, которая приходила 18 января 1938 г. и говорила, что её мужа Орлова Сергея Андреевича арестовали органы НКВД, священник села Мещерино Фаминцев приходил два, три года тому назад. Покровский Михаил, священник села Фёдоровское, который посещал мою квартиру осенью 1937 года.

- Какие были у Вас разговоры во время посещения Вашей квартиры служителями культа?

- Во время посещения моей квартиры другими священниками у нас были разговоры; со священником Фаминцевым говорили, что по конституции есть свободное отправление церковных обрядов, но на самом деле советская власть запрещала хождение по приходу под видом заразных заболеваний. Мы считаем это совершенно неправильным. Одновременно я справлялся у фельдшера, который посылал меня за разрешением в райздравотдел. Со священником Покровским никаких разговоров на тему советской власти никогда не было.

- Кого Вы лично посещали из церковников и служителей культа?

- Я лично посещал квартиры Фигуриной, Котовой, Карнеевой, священников Фаминцева и Покровского Михаила, с которыми занимались разговорами на тему церковных обрядов, как посещается церковь верующими, и какое количество посещает. Были разговоры о том, что советская власть запрещает ходить по приходам. Фаминцев мне ответил: «Очень тяжело стало жить, советская власть зажимает хороших людей», дальше Фаминцев добавил, что надо терпеть и переносить все тяжести, придёт время, станем жить лучше. Других разговоров против советской власти не было. В декабре 1937 года я последний раз ходил в село Мещерино к священнику Фаминцеву по вопросу подачи заявления на имя финотдела Малинского района по вопросу налогов.

- Следствие располагает материалом, что Вы среди колхозников села Чиркино и Щербинино высказывали свою враждебность к советской власти. Дайте правдивые показания по этому вопросу.

- Никаких антисоветских агитаций среди колхозников с моей стороны не было, за исключением, что я лично каждую службу в церкви говорил, чтобы верующие молились за лучших людей, которые заключены советской властью в тюрьмы.

- Признаёте ли Вы себя виновным в антисоветской агитации среди колхозников, и организации контрреволюционной группы в селе Чиркино?

- Никакой антисоветской агитации среди колхозников не было, за исключением недовольств, что советская власть не разрешает ходить по приходу.

После окончания допроса, когда отец Иоанн прочитал (если ему это позволили), и подписал текст протокола, в месте, где священник передаёт слова отца Вениамина Фаминцева, что надо терпеть, и переносить все тяжести, придёт время, станем жить лучше, следователь, проводивший допрос, а им был начальник отдела милиции мл. лейтенант Васин, между строк от себя добавил: «Когда придёт Гитлер». Эти действия начальника Малинского Отдела Милиции лишний раз показывают явную фальсификацию уголовного дела, и свидетельствует о желании местных начальников провести как можно больше арестов, и тем самым отрапортовать вышестоящему начальству о раскрытии очередного «заговора» против советской власти.

ПРЕПОДОБНОМУЧЕНИЦА АННА (КОРНЕЕВА)

Анна Алексеевна Корнеева родилась в селе Щербинино Коломенского уезда Московской губернии в 1880 году. По достижении 15-летнего возраста, в 1895 году она поступила в Макарьевский Решемский монастырь Костромской губернии, где подвизалась в качестве послушницы семь лет. В 1902 г. она возвратилась на родину. Неизвестна причина, по которой она покинула монастырь, вполне возможно, чтобы ухаживать за своими престарелыми родителями. Вернувшись в родное село, она постоянно находилась при местной приходской церкви, исполняя различные послушания. После ареста настоятеля церкви отца Иоанна она также попала в поле зрение местных чекистов, как человек, находящийся при храме. 12 февраля Анну Алексеевну арестовали, причина ареста понятна, она была ближайшей помощницей настоятеля, значит, по логике чекистов – деятельная участница контрреволюционной группы. На следующий день послушницу допросили:

- Скажите Ваше социальное происхождение до, и после революции? - Потребовал следователь.

- До, и после революции занималась сельским хозяйством до 1930 г. После 1930 г. я постоянной работы не имею, занимаюсь разными работами, а именно, посадка леса, сборка грибов.

- Какую Вы имели связь со священником Покровским и монашками Фигуриной и Котовой?

- Действительно, я, Корнеева, имела тесную связь со священником Покровским, который часто посещал мою квартиру, я лично посещала квартиру Покровского редко. Связь с Фигуриной и Котовой я не имела, а были отдельные случаи встреч в церкви.

- Следствие располагает материалами о том, что Вы среди колхозного населения высказывали свою враждебность к советской власти. Дайте следствию правдивые показания по этому вопросу.

- Никакой антисоветской деятельности я не вела.

- В мае 1937 г. Вы среди колхозников говорили, что коммунисты загнали крестьян в колхозы и хотят сделать крепостное право. Дайте правдивые показания.

- Этих разговоров с моей стороны не было, за исключением того, что раньше крестьяне жили лучше. Эти слова мною говорились колхозникам села Чиркино.

- В начале 1937 г. Вами лично говорилось колхозникам села Чиркино, что скоро будет война, придёт Гитлер, тогда православные крестьяне будут жить лучше.

- Разговоров о войне и о приходе Гитлера с моей стороны не было, а был случай: во время разговоров мною было заявлено колхозникам о том, что раньше жили лучше крестьяне, сейчас советская власть стала преследовать честных людей, как то, расстреливать честных людей ни за что.

- Во время проработки Сталинской конституции Вами было сказано, что конституция только для большевиков, но не для бедного народа.

- Действительно, я посещала совместно со священником Покровским собрание по изучению конституции в селе Чиркино и Щербинино, эти слова были сказаны священником Покровским во время разговоров с колхозниками, фамилии которых не помню.

- Что Вы говорили весной 1937 года с колхозниками о советской власти?

- Во время разговоров с колхозниками села Чиркино я говорила, что всякая власть от Бога. Эти слова мной повторялись часто.

- Вам предъявлено обвинение о привлечении Вас в качестве обвиняемой в антисоветской агитации среди населения.

- Виновной себя в агитации среди населения не было (не признаю-авт.), за исключением отдельных разговоров.

После проведения допросов, 15 февраля 1938 г. начальник Малинского РО УНКВД мл. лейтенант Васин составил Обвинительное заключение, по делу Покровского, Корнеевой, Фигуриной и Котовой. В этом документе он докладывал, что Покровский «в антисоветской деятельности виновным себя частично признал в том, что он каждую службу в церкви говорил среди верующих, чтобы они молились за лучших людей, заключённых советской властью в тюрьму». Относительно Анны Корнеевой чекист писал следующее: « Допрошенная в качестве обвиняемой Корнеева в антисоветской и контрреволюционной деятельности виновной себя не признала, за исключением того, что раньше жили лучше крестьяне, сейчас советская власть стала преследовать честных людей, которые расстреляны».

В конце документа лейтенант Васин постановил направить следственное дело на рассмотрение тройки при УНКВД по Московской области. 21 февраля тройка приговорила страдальцев к смертной казни. 26 февраля протоиерей Иоанн Покровский и послушница Анна (Корнеева) были расстреляны на полигоне в Бутово и похоронены в безвестной могиле. В тот же день были казнены и другие участники дела – Фигурина Н.И. и Котова Д.П.

26 декабря 2001 года Определением Святейшего Патриарха Алексия II и Священного Синода Русской Православной Церкви протоиерей Иоанн и послушница Анна были причислены к лику святых новомучеников и исповедников Российских.